Культ невидимой руки

Разговоры о невидимой руке рынка ведутся уже на протяжении двух с половиной веков. Ей посвящено немало хвалебных статей и книг: от занудных околонаучных монографий до откровенно развлекательной литературы. Механизмы ее работы сегодня изучают в экономических вузах, а западные эксперты охотно рассказывают жителям «недостаточно развитых стран» о ее чудесных свойствах.

Учение о всеблагости невидимой руки нередко преподносят как часть серьезной академической науки:

— Сомневаетесь в эффективности свободного рынка и его невидимой руки? Вы просто недостаточно образованны!

Однако проблема как раз в том, что в наши дни это учение больше напоминает религиозный культ, чем серьезную науку. У его адептов есть свои догмы, свои святые с непререкаемым авторитетом и свои бесчисленные еретики, которых им очень хотелось бы отправить на костер.

В дальнейшем мы постараемся подробно разобрать все догмы этого учения. А сегодня давайте попробуем выяснить, что представляет собой эта пресловутая невидимая рука и почему ее так обожествляют.

Откуда вылезла невидимая рука?

Все началось с Адама Смита. В 1776 году он выпустил свой знаменитый трактат «Исследование о природе и причинах богатств народов», который почти сразу стал невероятно популярным. Что неудивительно: впервые экономика была представлена не в виде набора бессвязных наблюдений, а в виде стройной системы, работающей по определенным законам.

В этом трактате и была озвучена концепция «invisible hand» — невидимой руки рынка (далее просто — НРР). Суть ее в том, что стремление капиталистов к прибыли, по мнению Адама Смита, в конечном итоге приводит к росту общественного блага. Вот что он пишет:


«…он {капиталист} преследует лишь свою собственную выгоду, причём в этом случае, как и во многих других, он невидимой рукой направляется к цели, которая совсем и не входила в его намерения; при этом общество не всегда страдает от того, что эта цель не входила в его намерения. Преследуя свои собственные интересы, он часто более действительным образом служит интересам общества, чем тогда, когда сознательно стремится делать это».

Проще говоря, чтобы получать прибыль, капиталисту нужно учитывать чужие интересы, например, потребности покупателей. А это значит, что его корыстные и эгоистичные устремления будут приносить людям пользу.

Как это работает?

Давайте для примера посмотрим на владельца небольшой хлебопекарни. Он, естественно, хочет, чтобы люди ходили за хлебом к нему, а не к его конкурентам: так он продаст больше товара и получит больше прибыли.

Привлечь покупателей в свою лавку он может по-разному:

— Расширить ассортимент. Например, выпекать не только черный хлеб и батоны, но и багеты, калачи, бублики и ватрушки.

— Повысить качество. Печь не обычные булки, а, скажем, булки с изюмом. Или замешивать тесто не на воде, а на молоке.

— Снизить цену. У всех буханка хлеба стоит 32 рубля, а у него будет стоить 16 рублей.

— Улучшить сервис. Например, установить в своей лавке кофейный автомат или организовать доставку свежей выпечки прямо на дом.

Подобные нововведения позволят булочнику обойти конкурентов и заработать больше денег. Но в выигрыше будут и его клиенты, которые получат широкий выбор продукции, хорошее качество или низкие цены.

Что бы НРР успешно работала, государство, по мнению Адама Смита, должно делать три вещи:

— Гарантировать предпринимателям экономические свободы: свободу торговли, конкуренции, ценообразования и. т. п.

— Обеспечивать безопасность жизни и частной собственности: следить за правопорядком, организовывать судопроизводство и защищать страну от врагов.

— Поддерживать инфраструктуру: строить мосты, прокладывать и чинить дороги (некоторые поклонники НРР считают этот пункт не обязательным).

На этом все функции государства и заканчиваются. Более того: по мнению Адама Смита, оно ни в коем случае не должно вмешиваться в работу рынка. Он пишет:

Лишь наглостью и самонадеянностью королей и их министров можно объяснить их претензии на роль верховного наблюдателя за экономической жизнью простых людей. И еще большая наглость и самонадеянность — ограничивать граждан введением законов, регулирующих их расходы, и запретами на импорт высококачественных товаров из-за рубежа…

Почему государство не должно вмешиваться в рынок?

Современные адепты НРР объясняют это тем, что рынок — это полностью саморегулирующаяся система. Она способна достичь равновесия без всякого постороннего вмешательства, подобно природным экосистемам.

Когда же государство лезет в работу рыночных механизмов, оно искажает «сигналы», которыми обмениваются субъекты рынка. Из-за этого система саморегуляции начинает «сбоить» и рынок не может придти в равновесие.

Вот, в общем-то, и все «учение НРР». Остальные его постулаты лишь дополняют или уточняют идеи саморегуляции и невмешательства.

НРР у других мыслителей

Разумеется, Адам Смит был отнюдь не первым и не последним, кто озвучивал подобные мысли. Просто он изложил их наиболее внятно и популярно, а также сумел донести до широкого круга читателей.

Сама же идея уже давно «носилась в воздухе». Ведь как раз в это время происходило активное становление капитализма, который срочно нуждался в собственной идеологической базе и в собственных адвокатах.

Намеки на идеи свободного рынка встречались уже у Джона Локка — «отца» либерализма. А за 20 лет до Адама Смита, французский коммерсант Венсан де Гурнэ впервые провозгласил концепцию laissez-faire (лесе-фэр — «руки прочь»), то есть невмешательства в рынок.

Постепенно идеи НРР и лесе-фэр получили огромную популярность как у предпринимателей, так и у экономистов-рыночников. Среди продолжателей можно отметить английского экономиста Давида Рикардо, считавшего, что взаимодействие государства с рынком должно ограничиваться исключительно налогами.

Немалый вклад в идею НРР внесла и Манчестерская школа экономики (Ричард Кобден, Джон Брайт и.т.д.). Она заметно повлияла на облик британского капитализма, а среди ее рекомендаций государству присутствовал даже отказ от нормирования рабочего дня.

Но это все дела XVIII-XIX века. Современный же список адептов НРР очень разнообразен: от умеренных рыночников, до экзальтированных проповедников.

Первые, не оспаривая в целом благость НРР, допускают и даже приветствуют вмешательство государства в свободный рынок. Например, экономист Джон Кейнс в свое время утверждал, что рынок не способен преодолеть кризисы без помощи государства (впоследствии его идеи активно применялись правительством США).

Вторые, вроде всяких либертарианцев и последователей Айн Рэнд, настроены более категорично. По их мнению, государство вообще не имеет права лезть в экономику и мешать капиталистам обогащаться. Среди их требований — отмена пенсий, пособий по безработице и большей части налогов. А некоторые, особо упоротые, требуют ликвидировать заповедники, отменить бесплатное образование и контроль за качеством лекарств.


Жрецы и культ

Как обосновывают свои идеи адепты НРР? Может быть они приводят результаты научных исследований? А может у них есть примеры стран, достигших процветания за счет тотального лесе-фэр?

Увы, их аргументы — это в основном призывы и лозунги в духе религиозных фанатиков. В своих проповедях они усиленно «давят на эмоции», что является главным признаком обыкновенной пропаганды.

Сами же их проповеди обычно сводятся к двум догмам:

— НРР — это главный источник благодати в этом мире.

— Те, кто это отрицают — мерзкие демоны, которые вероломно и иррационально желают зла всему человечеству.

Вот, например, что писала когда-то Айн Рэнд:

Все злодейства, злоупотребления и несправедливости, традиционно приписываемые бизнесменам и капитализму, имели своей причиной отнюдь не свободный рынок или нерегулируемую экономику, но вмешательство правительства в экономическую жизнь.

В наши дни ей вторит Джон Тамни, один из редакторов Forbes:

Правительство – единственная помеха процветанию как США, так и других стран. Без государственных налогов, регулирования, торговых и денежных барьеров, чинящих препятствия желаниям людей производить материальные ценности, мы были бы ограничены только собственным воображением.

В самом деле, когда речь идет о замедлении экономического роста, кризис – это правительство. Чтобы гарантировать будущее процветание страны, нужно обуздать правительство, но никак не торговлю.

Одним словом, если бы не проклятое государство и не подлые социалисты, на Земле давно бы наступил рай. А невидимая рука даровала бы нам невероятный рост качества товаров, смехотворно низкие цены, великолепные условия труда и нескончаемый научно-технический прогресс.

Американский экономист Ярон Брук пишет:

«Трудно представить себе мир с полностью свободными рынками. Люди были бы намного богаче. У нас бы были передовые технологии. Мы жили бы до ста пятидесяти лет и дольше, потому что биотехнологии обладают потенциалом, если освобождаются от правил и государственного контроля, чтобы действительно продлевать жизнь человека. У нас бы были ракетные корабли, летающие на Марс, мы смогли бы колонизировать Марс. Что еще более важно, в мире не было бы бедных людей…»

О «благости» НРР мы поговорим в следующих статьях. А пока вытрем слезы умиления и попробуем понять: а почему, собственно, ее так обожествляют?

НРР как оружие

Естественно, за всей этой пафосной риторикой прячутся весьма прагматичные мотивы. И если отбросить пропагандистское «всеобщее благо», у нас останется только «лесе-фэр» — способ сделать капиталисту хорошо и приятно.

Учение о невидимой руке — это и есть голос самого капитализма, вещающего устами людей. Оно появилось как идеологическое оружие, которое сперва было направлено против сословного общества, а затем, с еще большим остервенением, и против социалистических идей.

На пик своей популярности «оружие НРР» вышло в период холодной войны. В это время оно массово применялось как для сдерживания, так и для нападения.

В первом случае оно предназначалось для жителей самих капиталистических стран. Его задачей было показать, какие ужасы их ждут, если победит социализм и НРР перестанет осенять их своей благодатью.

Даже если не брать всякие крайности, вроде агиток Оруэлла и той же Айн Рэнд, выглядела такая «защита невидимой руки» очень примитивно и топорно. А зачастую была откровенным враньем.

Самый «жирный» образец этого жанра мне встретился у экономиста Милтона Фридмана. В своей скандальной книге «Капитализм и свобода» (кстати, вступление к ее русскому изданию написал Егор Гайдар) он делится впечатлениями о своей поездке в СССР:


Сельская местность, которую мы видели по пути из Варшавы в Москву , мало изменилась по сравнению с описаниями 50-100-летней давности. Тот же деревенский колодец и телеги, запряженные лошадьми, преобладание женщин, гнущихся в три погибели на полевых работах, и почти полное отсутствие механизированного оборудования. Деревни в основном погружены в темноту; только в редких сельсоветах горит свет…

В Москве нас поразило государственное богатство посреди людской нищеты. Люди, торопливо шедшие по улицам, были бедно одеты. Витрины были однообразны, а товары жутко дорогие […]

С другой стороны, новый Дворец Советов в Кремле представлял собой великолепное современное здание из алюминия и стекла и столь же великолепным оказался Дворец пионеров, предназначенный для внешкольных занятий подростков. Как мы заметили, подростков, которые занимались во дворце, привозили туда в первоклассных автомобилях с шоферами. Опера, балет, кукольный театр – все было прекрасно. Все было для привилегированных…

Разумеется, у людей, которые застали СССР в сознательном возрасте, эти описания не вызовут ничего, кроме смеха и возмущения. А вот на западных обывателей, я думаю, подобные страшилки вполне могли произвести впечатление.

Вторая функция «оружия НРР» — нападать и завоевывать. И если своих соотечественников пропагандисты пугали «ужасами социализма», то жителей стран соцлагеря они заваливали агитками о райской жизни в условиях свободного рынка.

— Отмените плановую экономику и заживете не хуже, чем в США, — такую мысль продвигала западная пропаганда. — Просто прислушайтесь к рекомендациям наших экспертов (МВФ, Всемирного банка и. т. д.) и будем вам счастье.


Очередь в первый советский Макдональдс

У поражения СССР в холодной войне было много причин. И отнюдь не последнюю роль в этом сыграли проповеди о преимуществах свободного рынка, которые на рубеже 80 и 90-х годов массово транслировались через СМИ. Они не только способствовали разрушению социалистической системы, но и помогли капиталу осуществить небывалую по своим масштабам экономическую экспансию.

Когда невидимой руке дают свободу

Что происходит, когда невидимой руке дают полную свободу? Действительно ли начинается повальное счастье с полетами на Марс?

Разумеется, мы можем вспомнить и 90-е годы в России, когда после воцарения НРР ожидаемая продолжительности жизни в стране снизилась более чем на пять лет, а рождаемость упала почти в два раза. Но я полагаю, что большинство читателей и сами хорошо помнят эти события.

А потому предлагаю посмотреть на историю другой страны, которая для большинства является чуть ли не синонимом свободного рынка. Речь, как вы поняли, пойдет о США.

Да, какое-то время американское правительство действительно свято чтило экономические свободы и верило в различные невидимые руки. Однако продолжалось это не так уж и долго.

Во второй половине XIX века свободный рынок в США привел к появлению огромных трестов. К примеру, компания Standard Oil, принадлежавшая небезызвестному Рокфеллеру, владела 95% американского нефтяного рынка.

Тресты почти полностью контролировали свои рыночные сегменты. А это значит, что они могли назначать любые цены, как угодно крутить потребителем и давить конкурентов, словно мошек.

В конце концов, американское правительство не выдержало этого беспредела. Грубо поправ свободу предпринимательства, оно приняло в 1890 году первый антимонопольный закон — «акт Шермана».

Следующее столкновение с НРР произошло в США в самом начале XX века. В это время по стране начали массово разъезжать балаганы, где очень предприимчивые люди предлагали американцам лекарства от всех болезней.

И это были не только гомеопатические пустышки. Неплохим спросом пользовались «лекарства» на основе опиума и морфия, например, средства от колик у младенцев и различные тонизирующие препараты для взрослых.


Успокоительный сироп Миссис Уинслоу (на основе алкоголя и морфия)

Примерно в эти же годы писатель и журналист Эптон Синклер выпустил роман «Джунгли», который поверг в шок всю Америку. В этой книге рассказывалось о состоянии мясоперерабатывающей промышленности США. Американцы с ужасом узнали, что им регулярно приходилось есть тухлятину и мясо больных животных, а их любимые продукты изготавливались в условиях полной антисанитарии.

Общественность негодовала. И в 1906 году правительству снова пришлось надавать рынку по его невидимым рукам. В стране был введен повсеместный контроль за лекарствами и продуктами (особенно за мясом). Также правительство утвердило строгие правила оформления этикеток.

Однако невидимая рука не унималась. И в 1929 году она ответила так, что содрогнулась не только Америка, но и весь остальной мир.

Да, вы угадали: началась Великая депрессия. Почти 17 миллионов американцев остались без работы. Массово разорялись фермеры и лавочники, закрывались крупные и мелкие предприятия, а банки лопались один за другим. Апофеозом этого безумия стал расстрел демонстрации голодных рабочих в Детройте в 1932 году.

С депрессией покончил президент Рузвельт. Он провозгласил «новый курс» и, к ужасу американских политиков и бизнесменов, начал активно внедрять в экономику США элементы социализма.

Рузвельт ввел пенсии, пособия по безработице и контроль за продолжительностью рабочего дня. Он установил правила выплаты заработной платы, запретил детский труд и признал право рабочих на создание профсоюзов.

И это еще не все. Для ликвидации безработицы Рузвельт организовал масштабные общественные работы, вроде строительства дорог и аэродромов. Также государство начало выплачивать дотации фермерам и страховать банковские вклады. А для восстановления разрушенной промышленности были предприняты меры, от которых за версту отдавало плановой экономикой.

Поборники свободного рынка жестко критиковали Рузвельта и продолжают критиковать его сейчас. Однако американское правительство получило хороший урок и сделало соответствующие выводы.

С тех пор в США государственное вмешательство в экономику только возрастало. В настоящий момент в Америке действуют свыше ста федеральных регулирующих органов, которые контролируют почти все: от медицины до атомной энергетики.

Забавно, что в то же самое время представители США настойчиво убеждают другие страны (включая Россию) предоставить рынку максимальную свободу. И это заставляет усомниться в чистоте их намерений.

Заключение

В последующих статьях мы постараемся подробно рассмотреть все основные мифы о невидимой руке. Мы разберемся, действительно ли она оказывает благотворное влияние на экономику, какими средствами она достигает своих целей и куда ведет людей вера в святость свободного рынка.

Источники:

Адам Смит «Исследование о природе и причинах богатств народов»

Джон Мейнард Кейнс «Общая теория занятости, процента и денег»

Айн Рэнд «Капитализм. Незнакомый идеал»

Милтон Фридман «Капитализм и свобода»

Джон Тамни «Как работает экономика»

Барбара Иммел «История GMP»

Эптон Билл Синклер «Джунгли»

Ярон Брук «Свободный рынок»